Пандемия

Коронавирус погружает мир в новый кризис. Почему небогатые страны пострадают больше других?

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

Из кризиса первыми выйдут сильнейшие. Тем, у кого нет подушки безопасности, придется непросто

Пандемия Covid-19 и карантин дорого обойдутся миру: коронакризис уже начался, и по всем прогнозам он будет самым разорительным за столетие. Пока все идет к тому, что относительно небогатые развивающиеся страны вроде России, Индии или Мексики пострадают больше обеспеченных развитых государств. По нескольким причинам.

Пусть большинство из них к этому кризису подготовились лучше, чем к предыдущему, не все успели перестроить экономику, накопить подушку безопасности и слезть с долговой иглы. За прошедшее десятилетие ни одна развивающаяся страна не перешла в стан развитых.

Из-за коронавируса небогатые государства попали в “идеальный шторм”. Мало того, что реанимация в Бразилии или на Украине хуже подготовлена к пандемии, чем западные больницы, а плотность населения и условия жизни способствуют распространению вируса.

Экономически эти страны слабее, и пока богатые прощаются с привычным комфортом, остальным приходится бороться за выживание.

“В развивающихся странах (даже без учета Китая) живет две трети населения планеты. Коронакризис нанесет им беспрецедентный урон, – предупреждает ООН. – Ударная волна пандемии обрушилась на экономики развивающихся стран сильнее, чем в мировой финансовый кризис 2008 года”.

Коронавирус обрушил экономику Китая. На очереди – остальной мир

Европа подсчитала убытки от коронавируса. Худшие прогнозы сбываются

Коронавирус подрезал крылья Америке. Крупнейшая экономика мира впала в депрессию

Все потому, что в мирное время для большинства небогатых стран источником развития служат развитые экономики или Китай. Но у них самих сейчас проблемы, и поэтому они меньше покупают, выводят капитал и поворачиваются спиной к трудовым мигрантам.

Из-за этого развивающиеся экономики теряют возможность жить в долг. Доходы сырьевых стран тают из-за падения спроса на нефть и металлы. Переводы от работающих за границей иссякли, туристы не едут. Поступления в казну тают, а расходы на поддержку населения и бизнеса, медицину и обслуживание долга растут.

В итоге развитие задерживается, что обещает отставание в будущем и возврат в неравное прошлое.

Предотвратить перемотку мировой истории на полвека назад можно за 2,5 трлн долларов, подсчитала ООН и призвала собрать для развивающихся стран антикризисный пакет, “чтобы от выражения международной солидарности перейти к конкретным делам”.

Но зачем богатым странам думать о бедных?

Хотя бы потому, что если они не справятся с вирусом и его социальными и экономическими последствиями, развитому миру это аукнется не только второй волной пандемии.

Преумножение бедности и нестабильности на планете чревато переворотами, голодными бунтами, новым потоком беженцев, сокращением торговли и доступа к природным ресурсам.

Неравная борьба
В борьбу с эпидемией развивающиеся страны вступили со связанными руками, по определению ООН.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

Индия переживает бум самодельного медицинского шитья. Не от хорошей жизни

Почти 80 государств ограничили вывоз медицинского оборудования и средств защиты, что привело к дефициту и росту цен на предметы первой эпидемиологической необходимости.

А главные производители всего этого – ведущие мировые экономики. На Германию, США и Швейцарию приходится треть мировых поставок лекарств и оборудования для больниц, а 40% средств защиты выпускают Китай и все те же США с Германией.

Деньги серьезные – мировой рынок товаров медицинского назначения оценивается в 2 трлн долларов в год, что составляет примерно 5% всей международной торговли товарами.

“Пренебрежение нуждами развивающихся стран чревато ужасающими последствиями не только для них, но и для всего мира, – предупреждает ООН. – В мире, где царят взаимосвязанность и глобализация, возврат к нормальной жизни возможен только тогда, когда последний очаг заражения взят под контроль или ликвидирован”.

Даже богатым странам борьба с вирусом дается с трудом. Запад ушел на карантин в середине марта, и только сейчас с опаской выходит на улицу. Медицина, считавшаяся лучшей в мире, едва справляется с эпидемией. Что уж говорить о странах меньшего достатка.

Расходы на здравоохранение в США превышают 10 тысяч долларов на человека в год, Германия, Австралия и другие богатые государства тратят примерно вдвое меньше.

В США и Европе – хорошая медицина. Почему же Запад плохо справляется с пандемией?

Коронавирус и Дикий Запад: Берлин обвинил США в пиратском захвате масок

В развивающихся странах все намного хуже даже в сопоставимых ценах с поправкой на покупательную способность: полторы тысячи в России, чуть больше тысячи в Мексике, Турции, Бразилии и Южной Африке. В Китае – 700 долларов на душу населения, в Индии – 200 долларов в год.

К тому же плотность населения в городах там выше, а о социальном дистанцировании в трущобах речи быть не может.

Единственное преимущество – они моложе, что важно в случае с коронавирусом, смертность от которого серьезно выше среди стариков. В Африке усредненный возраст населения не превышает 20 лет – вдвое ниже, чем в Европе. В Индии – 27, в Латинской Америке – 31.

Сколько нужно денег, и где их взять
ООН говорит, что развивающимся странам нужно 2,5 трлн долларов международной помощи ради всеобщей победы над коронавирусом. Оценка очень скромная, предупреждает глава МВФ Кристалина Георгиева.

“2,5 трлн – нижняя граница потребностей развивающихся рынков в финансировании. Но даже на это им недостает собственных ресурсов и резервов”, – сказала она.

В нормальное время они могли бы занять недостающее. Но нормальное время вернется не скоро.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

“Идеальный шторм” грозит посадить на мель экономику развивающихся стран

Проблема в том, что небогатые страны зависят от зарубежного – в основном западного – капитала; многие живут в долг, на кредиты в валюте.

Коронакризис нанес двойной удар: не только перекрыл приток инвестиций, но и серьезно увеличил стоимость займов. Развивающиеся экономики резко затормозили, потому что их обеспеченные соседи из мягкого спального вагона сорвали стоп-кран.

“Внезапная остановка деловой активности в странах с низким и средним достатком частично объясняется ситуацией в развитых экономиках, – отмечают исследователи американского Института мировой экономики Петерсона (PIIE). – Пандемия принесла целый ворох проблем: взрывной рост расходов на здравоохранение, обвал налоговых и экспортных поступлений, отток капитала. А паралич долговых рынков не дает рефинансировать долги”.

Никаких хороших новостей с этого фронта за время коронакризиса не поступало. Все признали, что проблема серьезная: мораторий на востребование долгов стал одной из тем апрельской ежегодной встречи МВФ и Всемирного банка – первого в их истории виртуального слета чиновников, экономистов и банкиров со всего мира.

Он закончился решением крупнейших стран мира – “Большой двадцатки” – отсрочить платежи по кредитам для беднейших стран. Но только до конца года. И речь идет всего о паре десятков миллиардов долларов аж на 76 стран.

Крупнейшая экономика мира – США – тратит аналогичную сумму на текущие бюджетные расходы за 36 часов. И тратит не только заработанные деньги: дыра в бюджете в этом году достигнет 4 трлн долларов. Недостающее американцы займут или напечатают.

Развивающиеся страны такой возможности лишены.

Что немцу хорошо, то русскому смерть
Скопировать ответ развитых государств мало у кого получится, поскольку большинство развивающихся экономик зависят от притока капитала из-за рубежа – своих денег на развитие у них не хватает. Два главных западных рецепта борьбы с кризисом – печатание денег и наращивание госрасходов – чреваты потерей этого капитала. И вот почему.

Деньги притекают из развитых стран на развивающиеся рынки лишь потому, что там выше доход – он уравновешивает риск потерять вложения в Индию, например, или в Россию.

Скажем, если перед началом кризиса, в феврале, западный фонд – пенсионный или инвестиционный – давал деньги в рост Америке, он получал около полутора процентов годового дохода на капитал, вложенный в облигации казначейства США.

В то же время покупка госдолга России, Бразилии или Индии приносила около 6% годовых. В местной валюте, без учета местной инфляции – то есть реальные ставки были ниже, а инвестор брал на себя еще и валютный риск.

Если эти страны пойдут по пути Европы и США и решатся на денежное стимулирование пораженной вирусом экономики (через обнуление кредитных ставок и печатание денег), реальная доходность их долга резко сократится.

Она рискует опуститься ниже инфляции, и тогда инвесторы лишатся не только премии за риск, но и вообще любого дохода. Их вложения будут усыхать на глазах.

Правообладатель иллюстрации
AFP

Image caption

Вирус ударил особо сильно по развивающимся странам. Свежие могилы в Мексике

Во многих развивающихся странах реальные ставки центробанков (с поправкой на инфляцию) уже отрицательные. Например, в Турции, Бразилии, Индии и Китае. Привлечь западных инвесторов на внутренний долговой рынок им непросто, даже если они этого захотят.

Второй западный рецепт – бюджетное стимулирование за счет налогоплательщиков через прямые субсидии, раздачу денег, льготное кредитование и налоговые льготы. Небогатым странам он не по карману, поскольку выписывают его обычно в долг.

Чтобы занять денег на борьбу с кризисом, попавшим в беду развивающимся экономикам придется увеличить премию за риск, что повысит и без того завышенную стоимость привлечения капитала и подорвет их кредитоспособность.

Перспектива мрачная. Поэтому иностранцы выводят деньги с развивающихся рынков. С начала кризиса они уже забрали почти 100 млрд долларов, подсчитала всемирная ассоциация финансистов Institute of International Finance (IFF).

Это примерно в четыре раза больше, чем за каждый из трех предыдущих финансовых кризисов. И при том, что на главный развивающийся рынок – в Китай – капитал, наоборот, притекает благодаря не связанной с вирусом финансовой либерализации.

У оттока капитала есть неприятное последствие – девальвация.

Правообладатель иллюстрации
AFP

Image caption

Южная Африка тестирует жителей трущоб, но обеспечить в них социальное дистанцирование невозможно

Скорость обесценения “мягких” валют, как и отток капитала, превышает показатели прошлого кризиса. Рубли, песо, гривны, рупии и их аналоги потеряли с начала года кто 5%, а кто и все 25%.

Отовсюду бегут примерно одинаково, и разница в скорости девальвации скорее отражает готовность одних государств тратить резервы на поддержание валютного курса, а других – допускать свободное плавание и воздерживаться от интервенций, отмечают экономисты IIF.

Девальвация сократила возможности развивающихся стран покупать технологии, привлекать зарубежные инвестиции и платить по внешним долгам. А значит, замедлила переход в лагерь развитых.

“Что это было”. Куда падают нефть и рубль?

МВФ прочит миру худший кризис со времен Великой депрессии. В лучшем случае

Коронавирус разоряет мир. Сколько будет стоить реанимация экономики?

Ухудшение платежеспособности скажется на долговых рейтингах, многие окажутся не в состоянии обслуживать существующие долги или занимать снова. Другие, оказавшись перед выбором – платить кредиторам или спасать свое население – предпочтут дефолт.

Лишившись доступа к частному капиталу, многие отправятся за помощью к международным донорам и кредиторам: западным, китайским и любым другим, готовым помочь.

Кто и как ворует помощь Всемирного банка. Выводы экономистов обернулись скандалом

“За два месяца с момента, когда эпидемия вышла за пределы Китая, вирус нанес развивающимся странам гигантский урон в виде оттока капитала, удорожания кредитов, обесценения валют и потери экспортной выручки из-за краха цен на сырье и отсутствия туристов”, – подвела ООН промежуточные итоги коронакризиса.

“Большинство этих проблем серьезнее, чем в прошлый кризис 2008 года. И мы без оптимизма оцениваем шансы развивающихся стран на быстрое восстановление по сценарию 2009-2010 годов”, – подчеркивает ООН.

Источник: BBC Русская служба

Комментарии